Товарищ Анна

Товарищ Анна

Аннотация

Студент-провинциал Валька встречает в Москве молодую красавицу Анну, и у них готов завязаться роман… но Анна - член странного "Союза мыслящей патриотической молодежи". Они обращаются друг к другу "товарищ", встречаются по субботам на тайных собраниях, напоминающих собрания РСДРП начала XX века, считают любовь мещанством, любые развлечения - развратом и мечтают о всеобщем равенстве.
Кто они - заигравшиеся подростки или новая политическая сила?

Цитата

Человек живет для большего, труд должен быть благородным занятием, воспетым, прекрасным, а у нас теперь все презирают трудящихся.

Критика и обзоры

Рецензия на повесть "Товарищ Анна" на сайте "Живая литература".
"В отношениях Вальки и Анны можно усмотреть тот идеологический раскол российского общества, который терзает народ вот уже не один десяток лет. Две правды – сермяжная правда Вальки и идейная правда Анны. Они общаются, спорят друг с другом, сталкиваются, пересекаются и отталкиваются, но не могут обрести общего, объединяющего. Да и не могут найти, потому что не ищут".
Читать полностью здесь.

Необъяснимая серьезность бытия
"Повесть Богатыревой поначалу вызывает досадливое ощущение: где автор видел таких студентов, уровень мышления которых остался где-то на уровне восьмого класса, что за нелепый «Союз молодежи», совершенно не разбирающийся, судя по репликам участников, в современной политике, да и в истории, и экономике, что это за картонный мир, герои которого существуют вне времени и пространства и напоминают персонажей книг Чернышевского? Но спустя некоторое время приходит понимание. Разве не случается каждый день сталкиваться с одной стороны с каким-нибудь фанатичным, абсолютно противоречащим логике, не терпящим возражений мнением, и с другой стороны — с полным безразличия к современности, к анализу происходящего вялым голосом, полным цинизма и неадекватности?.."
Рустам Габбасов для журнала "Гипертекст". Полностью

Своевременные люди. Марта Антоничева о повести "Товарищ Анна":
Анна и Валька Богатыревой не подходят на роль поколенческих моделей, так как вряд ли найдутся желающие оказаться на их месте, но, тем не менее, это тоже своевременные персонажи. Богатырева пошла по стопам Тургенева с его желанием зафиксировать новый тип людей и способ отношения к реальности: она уловила современную особенность мироощущения – эскапизм, уход в идеализм, собственный замкнутый мир, игру в недостижимое, в надлом, нежелание понимать происходящие вокруг изменения, отказ от социализации. Собственно, если и говорить о реализме вне коннотаций “нового” и “второй свежести”, то в повести Богатыревой он воплощается наиболее ярко. Причем для этого автор не прибегал ни к чернухе, ни к гротеску, ни к гротескной чернухе – популярным приемам “актуальных” писателей. Она выводит на литературную сцену нового героя нашего времени – запутавшуюся в себе, заигравшуюся в прошлое, словно в игрушку, девушку, которая после разрыва с Валькой растворяется в Москве так, как будто ее никогда и не существовало.
(Журнал "Октябрь", №2, 2012 г.

Молодая казанская писательница Ирина Богатырёва буквально ворвалась в литературу.
Журнал "Читаем вместе", март 2012 г. Ссылка

В эпоху застоя герои не нужны. Немного мизантропии и все варианты любви. Екатерина Канайкина о повести "Товарищ Анна":
книга – о любви, как минимум в трех ее значениях. Есть «эрос» (а куда сегодня без эроса?), есть «филиа» – «расположение», «притяжение» – между Валькой и Анной, Дроном и Маринкой, Валькой и Дроном, Анной и Сергеем Геннадьевичем, Ульяновском и Анной, Валькой и Москвой. И, конечно же, разливается по всей повести море любви-агапэ, любви бескорыстной, готовой отдать все ради благополучия других. Носителем этой любви является в повести Богатыревой группа молодых историков-реконструкторов, которые специализируются по ХХ веку и революции. Клуб мыслящей патриотической молодежи. Реконструкция, арт-субкультура. Но даже играть в любовь-агапэ сложнее, чем во все прочие виды этого сложного неотвратимого чувства. Особенно, когда в нее играет целый город. Ведь Анна – это Москва, а Москва – это Анна. Немного снобизма и мизантропии к быдлу, болоту и навязчивое стремление как можно больше алчущих и страждущих из этого болота вытащить. В меру жертвенности, не в меру красноречия, поразительные способности верить «в отсутствие веры» и притягивать к себе противоположности. В повести Богатыревой гомогенная, искрящаяся масса противоположностей: столица – провинция, азиат – русская, из крестьян – из служащих, мизантропия – филантропия, пафос – предельная искренность. Всего не перечислить. Более того, всего сразу не вычитать. Пожалуй, лучше всего это получится у москвичей и ульяновцев, которым в первую очередь необходимо прочесть эту книгу (пригодится для самоидентификации:). Но не только им. Книга Ирины Богатыревой для настойчивых читателей, умеющих мыслить критически, умеющих бороться с манипуляциями, отделять зерна от плевел.

Переводы

camarade_anna.jpg
Camarade Anna, повесть "Товарищ Анна" на французском языке. Издательство Albin Micheal, 2018.

English summary

Comrade Anna (a novel)
Historical reconstructions are now a highly popular recreation in many countries. People of various ages and professions enthusiastically study some particular epoch, sew costumes sometimes no less accurate than museum pieces, participate in knightly jousts, competitions on horseback, or recreate a particular battle. It is a game in which the result is known beforehand, so something else is the important thing – the fact and process of preparation and participation.
In Russia there are clubs that reconstruction the way of life of our very recent history. But if it's easy to understand what compels people to live the lives of the 19th century nobility – if only the beauty and splendor of a ballgown! - what draws very young boys and girls to play the roles of Budenov's Cossacks, Cheka (the original KGB) commissars and members of the socialist party underground?
This is a story about one such club and about an outsider who is drawn into it by his love for “Comrade Anna,” one of its members. He strives to understand her, but he can't, because if for the others a game remains a game, Anna is incapable of studying the ideas without adopting them, of playing the role without believing in it with all her heart.
There are many Soviet cultural codes in the tale, all those things that were so often turned into fetishes or a new kind of mythology in the post-Soviet context. Even the image of the female protagonist – a fanatically devoted and ideologically defined girl, ready to forget her private life, everyday existence and family for her ideas. It is my profound conviction, however, that human psychological types do not change. And if those human types found a place for themselves in Revolutionary Russia, what place will they find for themselves in our day? At the end of the tale, Anna breaks off her relations not only with the boy who loves her, but also with the historical club in which she became what she is, and disappears in search of a genuine cause in which she can apply her ideas in real life...

Отметьте у себя в блоге
и порекомендуйте эту страницу друзьям: